Россия по-прежнему надеется восстановить свои прежние опоры на Южном Кавказе. Не случайно глава российской дипломатии Сергей Лавров заявил, что «трёхсторонние документы, подписанные в 2020–2022 годах, по-прежнему актуальны с точки зрения открытия экономических, транспортных и коммуникационных линий на Южном Кавказе».
На самом деле это не просто напоминание о прежних договорённостях, а вполне конкретный политический сигнал. Этим заявлением Москва, без сомнения, подчёркивает, что правовая и политическая основа процессов в регионе всё ещё должна формироваться при её участии. Одной из ключевых целей, разумеется, остаётся Зангезурское направление. Заявление Лаврова косвенно показывает, что Россия рассматривает Зангезурский коридор не как технический или сугубо экономический проект, а как инструмент политического контроля. То есть коридор, по её логике, может быть открыт только при участии России, на условиях и в рамках механизмов безопасности, определённых Москвой. И это несмотря на то, что спикер парламента Армении Ален Симонян назвал участие Москвы в «трамповском маршруте» абсурдным.
Так каким образом Россия может участвовать в проекте TRIPP и на что намекает Лавров?
Член Комитета Милли Меджлиса по экономической политике, промышленности и предпринимательству Айдын Гусейнов в комментарии для Musavat.com заявил, что, хотя конкретные технические и правовые детали проекта «Трамп Маршрут международного мира и процветания» (TRIPP) ещё не полностью оформлены документально, его основная цель — создание в регионе беспрепятственного транспортного и грузового коридора.
По его мнению, из заявления Лаврова следует, что Россия ищет пути участия в проекте TRIPP:
«В то же время Москва стремится позиционировать себя как ведущего посредника и модератора мирных переговоров на Южном Кавказе. Подчёркивая актуальность трёхсторонних документов, Лавров пытается сохранить эту роль. Москва считает, что Россия может сыграть роль в увязке TRIPP и Зангезурского коридора со своими региональными транспортными проектами, такими как коридор “Север–Юг”. Например, участвуя в наращивании грузопотоков через маршрут “Север–Юг” и другие коридоры. Кроме того, из периодически звучащих заявлений можно сделать вывод, что российские бизнес- и государственные структуры готовы инвестировать в логистические и транзитные проекты региона, что позволит включить реализацию проекта в более широкое пространство и сферу влияния».
Депутат считает, что упомянутое заявление Лаврова может быть и ответом на прозвучавшее неделю назад высказывание спикера парламента Армении Алена Симоняна о том, что «участие России в проекте TRIPP было бы абсурдным»:
«Лавров косвенно указал на то, что Армения не соблюдает договорённости по Зангезурскому маршруту. Слова российского министра о том, что “открытие транспортных и экономических коммуникаций, предусмотренное документами 2020–2022 годов, по-прежнему является основой стабильности и развития региона”, также указывают на это. Прямо и косвенно даётся понять, что Россия хочет соблюдения “духа” этих документов, поскольку это является важной частью сохранения посреднической роли Москвы в регионе».
Этибар Сейидага,
Musavat.com
