Четыре года назад, когда Кремль начал вторжение в Украину, назвав его «специальной военной операцией», российскому обществу обещали быструю победу. Сегодня от этого обещания остались лишь бесконечные списки некрологов, безымянные могилы и скрытая статистика.
Как сообщает Musavat.com, расчёты BBC, Mediazona и волонтёров, анализирующих открытые источники, показывают, что за четыре года вторжения в Украину погибли как минимум 200 186 российских военнослужащих.
Это лишь те, чьи имена удалось установить. Реальная цифра значительно выше. Эти данные отражают отношение Кремля к собственным гражданам. Поскольку 57 процентов погибших не были профессиональными военными. Это заключённые, выведенные из колоний, «добровольцы» из бедных регионов, безработные, привлечённые по контракту, и люди, загнанные жизнью в тупик. Иначе говоря, Кремль ведёт войну прежде всего за счёт крови самых незащищённых слоёв общества.
Кремль скрывает, но некрологи «говорят»
За последний месяц в список добавлено 35 тысяч новых имён, что наглядно продемонстрировало масштаб войны. Этот рост связан не с внезапными боями на фронте, а с тем, что факты смертей, скрывавшиеся годами, начали всплывать в государственных реестрах. Наследственные документы, некрологи в местных газетах и региональные базы данных стали основными источниками, нарушившими молчание Кремля.
Эти списки подтверждают одно: между официальной статистикой войны и реальными потерями в России — пропасть. Пока государственные телеканалы транслируют репортажи о «продвижении», в отдалённых деревнях страны один за другим хоронят солдат.
Исследования показывают, что 2025 год стал самым кровавым для российской армии. Уже подтверждены десятки тысяч смертей, и итоговая цифра может превысить 90 тысяч человек. Это свидетельствует о том, что «краткосрочная кампания», на которую рассчитывал Кремль в начале войны, давно превратилась в затяжной конфликт.
Примечательно, что эти потери произошли на фоне дипломатических переговоров, заявлений о мире и международного давления. То есть, говоря о мире за столом переговоров, Кремль на фронте не отказался от тактики «человеческих волн».
Истощённая армия
История 46-летнего Алексея Ситникова из Волгограда может стать символом этой войны. Мужчина с частично ампутированными ногами, с трудом передвигавшийся, подписал контракт, прошёл краткую подготовку и был отправлен на фронт. Через три дня он погиб.
Это не исключение — это система. Многочисленные данные показывают:
-
медицинские проверки носят формальный характер;
-
обучение иногда ограничивается несколькими днями;
-
новобранцев отправляют прямо в самые опасные штурмовые подразделения;
-
основным «человеческим ресурсом» армии стали люди среднего возраста и с ограниченными физическими возможностями.
Это свидетельствует не об усилении армии, а о её истощении.
Войну оплачивают бедные регионы
Статистика раскрывает ещё одну реальность: в этой войне не умирает Москва. Погибшие — из отдалённых сёл, бедных республик и социально неблагополучных регионов России.
Если в столице на каждые 10 тысяч мужчин погибают единицы, то в Тыве, Бурятии и других бедных регионах этот показатель в десятки раз выше. Там контрактная зарплата представляется единственным шансом для выживания семьи.
Таким образом, Кремль фактически ведёт войну за счёт периферии, тогда как столица наблюдает за трагедией с экранов телевизоров.
В первые годы войны значительную часть погибших составляли заключённые из колоний и жители оккупированных районов Донецка и Луганска. У многих из них не было ни семьи в России, ни социальных связей, ни общественного голоса. Когда они погибали, страна молчала.
По мнению аналитиков, основной стратегией Кремля было сосредоточить потери среди тех слоёв общества, которые не обладают политическим влиянием. Потому что войны заканчиваются тогда, когда столица начинает терять своих сыновей.
С начала войны погибли около 7 тысяч российских офицеров. Это серьёзный удар по системе управления армией. Поскольку подготовка новых офицеров занимает годы, Кремль вынужден быстро назначать командирами выживших рядовых.
Генералы также не находятся в безопасности. За время войны погибли как минимум 13 российских генералов — одни на фронте, другие в результате загадочных атак на территории самой России.
Смерть 200 тысяч человек означает исчезновение целого города, десятки тысяч семей без отцов, тысячи осиротевших детей. Но в России эта волна смертей подаётся не как национальная трагедия, а как сухая статистика.
Потому что для Кремля важнее не число потерь, а продолжение войны.
Э. Мамедалиев,
Musavat.com
