Несмотря на изменения внешнеполитических приоритетов на фоне кризисов на Ближнем Востоке, Иран продолжает рассматривать Южный Кавказ как одно из ключевых направлений своей стратегии безопасности. Эксперты считают, что Тегеран может активизировать политическое, экономическое и сотрудничество в сфере безопасности с Арменией, стремясь восстановить свое влияние в регионе.
Особое внимание привлекло поднятие так называемого «флага мести» во время траурных мероприятий с участием верховного лидера Ирана. Как сообщает Musavat.com, этот символ рассматривается не только как религиозный жест, но и как политический сигнал, адресованный как внутренней аудитории, так и внешним игрокам, демонстрирующий готовность Тегерана к ответным действиям и стремление сохранить региональное влияние.
По мнению аналитиков, для Ирана Армения представляет собой не просто соседнее государство, а стратегический инструмент сохранения собственного присутствия на Южном Кавказе и влияния на формирование новых транспортных маршрутов.
Именно поэтому Тегеран стремится расширять политическое, экономическое и военное сотрудничество с Ереваном, рассчитывая повлиять на складывающуюся геополитическую ситуацию. Однако реализация подобных планов зависит не только от возможностей самого Ирана, но и от позиции Азербайджана и Турции, России, западных стран и других региональных игроков.
Если Иран начнет более открыто поддерживать Армению в политической, экономической и сфере безопасности, это неизбежно скажется на региональном балансе сил. Такой сценарий способен осложнить процесс нормализации отношений между Азербайджаном и Арменией, усилить напряженность вокруг Зангезурского коридора и повысить уровень конкуренции по линии Тегеран — Анкара — Баку.
Армянские СМИ также отмечают, что, несмотря на активный политический диалог последних лет, отношения между Арменией и Ираном пока не привели к ощутимым экономическим результатам. Руководитель комиссии «Ай Дат» в Тегеране Исак Юнанесян заявил, что за последние 23–24 года между двумя странами было подписано 132 двусторонних соглашения, однако большинство из них так и осталось на бумаге. Одной из проблем двусторонних отношений он назвал слабый уровень информационного взаимодействия.
Политический обозреватель Хаял Баширов считает, что Иран стремится сохранить влияние на политические и экономические процессы на Южном Кавказе.
«Тегерану кажется, что он способен сорвать планы США в регионе. Однако прежних возможностей у него уже нет. Сегодня ресурсов иранского руководства хватает прежде всего на сохранение собственной стабильности. Это не означает, что Иран способен активно вмешиваться в региональные процессы. В то же время он пытается использовать отношения с Арменией. Сам Ереван не заинтересован в конфликте сразу с двумя региональными державами. У него уже существуют проблемы с Россией, поэтому ему невыгодно одновременно осложнять отношения и с Ираном. Кроме того, Армения нуждается прежде всего в сильном экономическом партнере, который позволил бы сократить зависимость от России и Ирана», — отметил эксперт.
Заместитель председателя Партии гражданской солидарности Самир Асадли считает, что Тегеран рассматривает Армению как единственный инструмент сохранения своего влияния на Южном Кавказе.
По его словам, Иран реализует значительную часть своих экономических и политических интересов именно через Армению и после войны пытается адаптироваться к новой региональной реальности.
«Иран считает, что не потерпел поражения в войне, поэтому рассчитывает усилить давление на Южном Кавказе. Не исключено, что Тегеран может предпринять определенные деструктивные шаги, чтобы воспрепятствовать открытию Зангезурского коридора. Иран заинтересован в получении собственной выгоды от будущих логистических маршрутов, поскольку реализация этого проекта способна снизить его экономическое значение. Именно поэтому Тегеран столь активно реагирует на происходящие процессы. Кроме того, его беспокоит углубление сотрудничества Армении с Западом, который стремится укрепить свое присутствие в регионе через Ереван», — заявил Асадли.
Эксперт также отметил, что, несмотря на отсутствие полного поражения в противостоянии с США и Израилем, Иран сегодня не располагает достаточными возможностями для вмешательства в реализацию крупных региональных проектов.
«Сейчас официальная пропаганда пытается представить ситуацию так, будто Иран не проиграл. Однако действия США существенно ослабили иранский режим. После этого практически не осталось фигур, которыми власти могли бы гордиться. Благодаря особенностям существующей идеологической системы Тегеран лишь выиграл время», — считает он.
Тем временем Тегеран и Ереван заявляют о намерении вывести экономическое сотрудничество на новый уровень. Депутат парламента Ирана Ара Шахвердян сообщил, что потенциал двусторонних отношений позволяет увеличить ежегодный товарооборот между двумя странами до 3 млрд долларов.
По его словам, важные договоренности были достигнуты во время прошлогоднего визита президента Ирана Масуда Пезешкиана в Ереван. Позднее они были подтверждены в ходе визита в Армению вице-президента Исламской Республики Пурмохаммади, после чего стороны приступили к реализации новых проектов по расширению сотрудничества.
Шахвердян подчеркнул, что Иран и Армения активно работают над развитием взаимодействия в сферах экономики, торговли, энергетики и транспорта, рассчитывая в ближайшие годы существенно увеличить объем взаимной торговли.
