Musavat.com сообщает, что турецкий аналитик и военный эксперт Абдулла Агар, подвергнув крайне жёсткому и риск-ориентированному анализу подписанное в Сирии соглашение между Дамаском и СДС под названием «Соглашение о прекращении огня и полной интеграции», заявил: данный документ не прекращает террор и не ликвидирует структуру YPG/СДС. По убеждению Агара, напротив, этот текст направлен на внедрение YPG в государственный механизм и её долгосрочное сохранение под государственной оболочкой.
Абдулла Агар пишет, что стремительное продвижение сил, подконтрольных Дамаску, начиная с алеппского направления, зачистка западного берега Евфрата от СДС/PKK и последующее форсирование Евфрата стали крупным оперативным успехом. Однако именно в тот момент, когда СДС/PKK отступала, её структура была надломлена и существовала реальная возможность полностью вывести её из строя, под контролем США внезапно вступили в силу режим прекращения огня и соответствующее соглашение. По мнению Агара, ключевой вопрос заключается в следующем: почему, когда СДС/PKK фактически рушилась, процесс не был доведён до конца военным путём и почему именно на этом этапе был задействован политический механизм под названием «интеграция»?
Абдулла Агар вначале указывает и на возможные позитивные моменты. По его словам, отсутствие в тексте таких понятий, как «федерация», «автономия» и «самоуправление», формально создаёт впечатление признания унитарной государственности Сирии. Передача Дейр-эз-Зора, Ракки и арабских бассейнов на западе Евфрата Дамаску ослабляет претензию СДС на «представительство всей Сирии» и этнически сужает её пространство. Кроме того, формулировка о включении сил СДС в государственные структуры не в составе единого формирования, а на индивидуальной основе, теоретически ставит на повестку вопрос о распаде коллективной военной идентичности. Положение о выдворении несирийских кадров PKK также формирует слабую, но всё же существующую правовую основу, которую Турция может использовать как инструмент дипломатического давления.
Вместе с тем Абдулла Агар подчёркивает, что к подобному «позитивному прочтению» следует относиться с крайней осторожностью. По его оценке, именно умышленно оставленные в документе пустоты и зоны неопределённости ясно указывают на подлинные намерения. В частности, такие центры, как Камышлы и Дерик — ключевые политические и военные «мозговые узлы» СДС/YPG, — сознательно не упоминаются. В тексте отсутствует даже минимальное упоминание о судьбе десятков тысяч единиц вооружений, переданных США на протяжении многих лет, о военных базах, а также о масштабах и параметрах американского военного присутствия. Это означает, что и оружие, и базы остаются на своих местах, меняется лишь «форма» и юридическая оболочка.
Абдулла Агар отмечает, что соглашение не предусматривает разоружения тяжёлых вооружений YPG/СДС, передачи военного инвентаря или создания прозрачных механизмов контроля. Подобная неопределённость создаёт риск сохранения вооружённой структуры под вывеской «интеграции». Более того, включение кадров YPG в структуры министерств обороны и внутренних дел с присвоением званий, выплатой денежного довольствия и предоставлением логистического обеспечения формирует угрозу появления параллельной армии внутри государства. По оценке Агара, в краткосрочной перспективе это может привести к появлению тысяч кадровых военных выходцев из YPG в системе сирийского государственного управления.
Отдельное внимание Абдулла Агар уделяет пункту, касающемуся Африна. Формулировка о «безопасном и достойном возвращении населения Африна и Шейх-Максуда», по его мнению, носит не гуманитарный, а политико-идеологический характер и может рассматриваться как попытка вернуть регион к демографическому и политическому состоянию до 2018 года. Одновременно с этим в тексте соглашения прямо зафиксирована координация с Соединёнными Штатами, тогда как любые механизмы координации с Турцией, Ираком или Ираном полностью отсутствуют, что, по оценке аналитика, свидетельствует о сознательном исключении Анкары из формируемой архитектуры безопасности.
В итоге Абдулла Агар подчёркивает, что данное соглашение не прекращает террор, не ликвидирует вооружённые структуры, не обеспечивает ухода США из региона и не разрывает иракские связи PKK. Арабские бассейны лишь передаются под контроль Дамаска, тогда как курдские районы сохраняются под «государственной оболочкой». По его мнению, этот документ не является соглашением об интеграции, а представляет собой план институционального укрепления YPG/СДС внутри сирийского государства.
Абдулла Агар особо подчёркивает: для Турции этот текст — не сигнал «расслабьтесь», а прямое предупреждение — «повышайте уровень угрозы». В своей итоговой оценке аналитик отмечает, что сирийская проблема не завершилась, она лишь сменила форму, а предстоящий период станет для Турции более сложным, напряжённым и рискованным этапом.
Musavat.com
Abdullah AĞAR, Türkiyə 
