Точная демографическая картина, даже статистика Ирана, неизвестна. Одни пишут, что в Иране проживают около 40 миллионов тюрков, другие же утверждают, что их якобы более 50 миллионов! Одним словом, существуют самые различные оценки, но никто не называет цифру меньше 30 миллионов…
Почему мы остановились на этой детали? В настоящее время подсказываются не только самые различные сценарии развития процессов в соседней стране — многие еще надеются, что иранский режим с большей вероятностью будет трансформироваться. Не исключено, что теократический режим со своей идеологией «всеобщей мировой исламо-шиитской революции» наконец-то уйдет в прошлое.
В основном отмечаются два гипотетических сценария развития процессов: распад страны на отдельные национальные образования, возможно, даже на государства, или переход страны к светскому и демократическому режиму правления.
Во время последних политических волнений наши южные соотечественники, т.е. иранские тюрки, не проявили должной активности, что по сей день считается основной причиной неудачи последних попыток свернуть теократический режим в Иране.
Но активность, даже политические акции, наблюдались и за пределами страны. В некоторых странах, даже в ведущих европейских государствах, сторонники сына бывшего иранского шаха, принца Пехлеви, пытались проводить массовые акции против существующего иранского режима, поддерживая политические акции внутри страны.
Кое-какие волнения наблюдались и в эмигрантских кругах наших южных соотечественников. Вновь оживились дискуссии об освобождении Южного Азербайджана, создании единого, целостного Азербайджанского государства: «круглые столы», дискуссии по этому поводу продолжаются и по сей день, иногда даже с участием политических и общественных кругов Северного Азербайджана…
Конечно, подобные обсуждения не являются следствием только событий последних лет — нет, они имеют чуть ли не вековую историю: одни южноазербайджанские политические круги призывают к созданию светского, демократического режима в Иране, к сохранению его целостности, другие же, т.е. более националистические круги южных азербайджанцев, выступают за распад Ирана и за создание нового Южно-Азербайджанского государства, возможно, за его последующее объединение с нашим Северным Азербайджаном…
Но в связи с последним, южно-азербайджанским сценарием развития процессов всегда существовали некоторые воззрения, даже определенные сомнения среди южноазербайджанских политических эмигрантов.
Думается, что подобные сомнения вовсе не безосновательны. Именно поэтому в начале статьи мы напомнили некоторые приблизительные демографические показатели соседнего Ирана.
По мнению многих специалистов самого различного толка, тюрки и персы составляют основную часть населения страны, причем их количественные показатели приблизительно равны. Территория современного Ирана составляет 1 600 000 кв. километров! Согласно даже самым оптимистическим прогнозам, территория гипотетического Южного Азербайджана составит 300 000–350 000 кв. км!
Тут же возникает резонный вопрос: почему двум народам, количественные показатели которых приблизительно равны, предполагаются такие разные территории: одному — больше миллиона квадратных километров, другому — даже меньше четырехсот тысяч квадратных километров? Не стоит ли нашим южным соотечественникам всерьез задуматься и над этой деталью?..
Плюс, не стоит забывать, что как минимум за последние 600 лет история Ирана связана с тюркскими династиями — Сефевидами, Афшарами, Каджарами и т.д. Даже в настоящее время духовными и политическими лидерами страны являются южные тюрки.
Что касается прошлого века, начиная с известного движения «машрута» (даже во время последних событий, которыми руководили Пехлеви и его сторонники!), почти никогда не ставился вопрос о расчленении Ирана — наши южные братья всегда считали весь Иран своим государством и родиной.
Мы постоянно подчеркиваем, что не должны забывать и об этой грани иранской проблемы. Плюс, азербайджано-иранское тюркское пространство является одной из трех подсистем тюркского мира (Оттоманская Турция, Азербайджан–Иран и Туркестан–Азия).
Историческим фундаментом братской Турции является бывшая Османская империя, тюрки Туркестана и Азии тяготеют к исторической империи Эмира Тимура, иногда даже к Чингисхану. Людей братской Турции даже теперь иногда называют оттоманцами, а тюрков Азии — «тимуридами». Нашим тюркским ареалом был Азербайджан–Иран, нас тоже в свое время называли «кызылбашами»!
Нашим историческим лидером (и не только!) был Шах Исмаил, которого, на наш взгляд, мы должны превратить в исторический символ нашей государственности, чтобы и наша государственность приобрела прочный исторический фундамент, чтобы и наше стремление стать как минимум одним из двух основных народов, являющихся фундаментом и главной опорой иранской государственности, получило реальное историческое содержание и смысл.
Как минимум, Иран в течение последних шестисот лет был тюркским государством и впредь должен быть таким: в будущем и тюркский язык должен стать государственным, возможно, даже основным…
Что касается шиизма и прочих религиозных течений — все это, конечно, уже прошлое. У нас нет намерения строить какие-то «шиитские или суннитские дуги». Современный человек XXI века в контексте религии может говорить только о секуляризме — светском государстве, о свободе вероисповедания и т.д.
Поэтому теперь взоры вновь и вновь направлены к Ирану — все с нетерпением ждут, чем же кончится все это?
«Мы победили на войне, не только разгромили все важные стратегические объекты Ирана, но даже сменили теократический режим», — буквально недавно американский президент выступил с подобным заявлением, причем не раз!
Если бы у Трампа не было всем известной склонности к громким политическим заявлениям, даже к политическим шоу, признаться, мы сильно удивились бы его последним заявлениям по поводу ближневосточных проблем. Потому что в военно-политической ситуации региона больше вопросов, чем ответов, больше неясностей и неоднозначностей.
Одни утверждают, что при посредничестве Пакистана идут переговоры между США и Ираном, другие, включая сами иранские власти, полностью это отрицают, третьи заявляют о подготовке к более крупной региональной войне…
Даже сам Трамп то обращается к союзникам по НАТО за поддержкой, то говорит, что в его ведомстве разрабатывается новый план войны.
Что касается иранского режима — о частичной смене власти говорить можно и даже уместно, поскольку США и Израиль ликвидировали ряд важных духовных, политических и военных фигур. Но говорить о полной смене режима преждевременно и неуместно — он продолжает функционировать и не считает себя побежденным.
Hüseynbala Səlimov 
