Ровно тридцать лет назад сообщили, что президент Ичкерии Джохар Дудаев погиб в результате ракетного обстрела. Сперва передали, что у генерала Дудаева никаких останков не осталось, их не нашли. Потом стало известно, что генерала-президента все-таки тайно похоронили.
Даже это не стало последней точкой в такой славной эпопее, как жизнь и смерть генерала Дудаева; родилась новая легенда о погибшем первом чеченском генералиссимусе, появились самые различные версии, согласно которым якобы генерал-президент жив, здоров и находится в одной из европейских стран!..
Но, конечно, потом выяснилось, что всё это было всего лишь фейками, при помощи которых соратники покойного Джохара попытались поднять дух чеченского народа…
Все мы прекрасно помним те времена, тогда все пристально следили за войной маленького чеченского народа против российской империи. Поверьте, эта война была гораздо эффектнее и впечатляющей, чем даже теперешняя украинско-российская война.
Тогда мы, азербайджанцы, в том числе и наш соседний грузинский народ, были, как говорится, в побежденном, сломленном духе, поэтому, с одной стороны, восхищались храбростью чеченского народа, с другой — признаться, нам всем было весьма стыдно: 20 процентов нашей территории были под армянской оккупацией, наши соотечественники стали беженцами, вынужденными переселенцами, другие же «искали свою судьбу» на базарах или рынках соседней России…
Конечно, винить простых людей нельзя, никогда массовых самоубийств не бывает, жизнь всегда продолжается и диктует свою логику, как было сказано в одном советском фильме: приказано выжить…
Джохар Дудаев был военным, генералом, а потом даже генералиссимусом. Большинство последующих президентов Ичкерии тоже были военными, но генеральская форма больше подходила именно Дудаеву. Еще в советские времена он уже был генералом, даже командиром дивизии — тогда это была довольно солидная воинская должность.
Я всегда с особым вниманием относился к военным и врачам. Знаете ли, почему? Они чаще видят смерть, чем обычные люди. Будучи студентом, я заметил, что некоторые наши военные преподаватели, которые служили в Афганистане, сильно отличались от других офицеров: лица у них были немного мрачными, они казались нам более замкнутыми и, в отличие от других военных преподавателей, не любили строить из себя «больших начальников» перед студентами-курсантами. Тогда мы еще не знали, через какой ад прошли эти люди, какие кошмары и страшные сцены видели…
Когда я подумал о генерале Джохаре Дудаеве, невольно вспомнил одну деталь из нашей собственной новейшей истории. Помнится, Абдуррахман Везиров только что начал исполнять свою должность первого секретаря.
Азербайджано-армянский конфликт тоже постепенно набирал силу, в республику уже начали поступать первые потоки беженцев из Армении.
Мы, обычные люди, тогда еще точно не представляли, что же такое на самом деле война, но все чувствовали, что она приближается.
Точно не помню, но по телевизору показывали какое-то важное собрание: там был сам Везиров, даже представители интеллигенции и др. Тогда я впервые видел нашего генерала Валеха Баршадлы.
Он тоже проходил довольно впечатляющую воинскую службу, имел большой опыт в военных делах. Точно не помню, но Баршадлы что-то сказал, и это не понравилось участникам заседания, недовольные начали называть его «канцелярским генералом», а сам генерал пытался переубедить их, сказал, что свою долгую военную службу начал как командир отделения, командовал дивизией и т.д. Но увы!..
Последующие детали, возможно, даже подробнейшую хронику вы знаете лучше меня — да, через пару лет Баршадлы всё же стал министром обороны страны. Но тогдашние «дилетанты-крикуны», «ура-патриоты» всё равно не дали ему работать, и оборонная политика еще молодой страны, у которой армия только-только создавалась, перешла в руки людей, далеких от профессионального военного дела, и чем это обернулось для страны, думаю, вам напоминать не стоит.
Безусловно, автор этих строк не историк даже по новейшей истории, тем более не военный историк, он политический аналитик, но я остановился на этой детали не случайно: знаете, почему так успешно воевали тогдашние чеченцы? Причин много, но есть одна немаловажная: среди них было очень много профессиональных военных…
Чуть выше заметили, что мы, азербайджанцы, также восхищались героизмом чеченского народа, но нам было и стыдно! Тут замечу одну шуточную деталь: почти все народы постоянно задаются таким вопросом: почему мы не такие умные и талантливые, как евреи?
В те времена у нас появился еще один вопрос: почему мы не такие храбрые, как чеченцы?
У каждого был свой ответ на этот вопрос. Одни утверждали, что якобы и мы когда-то были как чеченцы, но только во времена Деде Горгута! Другие напоминали нам героя писателя Фармана Керимзаде — Кербалаи Исмаила из известного романа и фильма «Последний перевал».
Даже у самих чеченцев был свой ответ на этот вопрос. Помнится, один из них как-то сказал, что мы стараемся оставить нашим детям честное и высокое имя отцов, вы же, наоборот, всю жизнь делаете только то, что копите для них какие-то материальные богатства…
Но, к счастью, и нашей «национальной неполноценности» тоже пришел конец: мы от побежденного народа превратились в победителя, полностью освободили наш Карабах! Чеченцы же, наоборот, проиграли свою войну, российская военная машина оказалась сильнее, выяснилось, что сильные мира сего еще не готовы приступить к расчленению самой России…
Может быть, именно по этой причине в последующие годы чеченские боевики больше приблизились к различным радикальным исламским течениям, хотя и в самой истории чеченского народа была почва для этого: идейной базой национально-освободительного движения народов Северного Кавказа, в том числе чеченцев, был мюридизм, а их духовным лидером — Шейх Шамиль.
Даже в этом контексте существуют самые различные мнения. Помнится, российский политолог, специалист по социологии религий Дмитрий Фурман как-то заметил, что чеченцы — настолько свободный народ, что, как говорится, примут государство и даже власть при одном условии: если будут убеждены, что они исходят от самого Бога!..
Собственных комментариев у нас по этому поводу нет. Война чеченцев продолжалась до прихода к власти В. Путина, потом постепенно начала снижать свой темп и, наконец, погасла. Мы точные детали не знаем, но Путин как-то заметил, что Кремль уже был готов признать независимость Ичкерии, но якобы к этому помешал радикализм чеченских лидеров…
Конечно, трудно что-то точно утверждать по этому поводу, но в последние годы чеченцы на самом деле свою освободительную войну превратили вообще в войну против «кафиров». Нам кажется, этого не следовало делать: безусловно, религия для чеченского народа была консолидирующей силой, но слишком преувеличивать это не следовало, маленькая Ичкерия тоже должна была взять курс на демократию и секуляризм.
Плюс максимализм в политике не всегда оправдывает себя. По некоторым источникам, даже сам Имам Шамиль, когда попал в окружение со своей семьей, сдался в плен.
Что касается смерти генерала-президента Джохара Дудаева, это на самом деле была красивой смертью; что же касается места захоронения погибшего генерала, еще неизвестно, где похоронены такие великие полководцы, как Атилла и Чингисхан…
Было бы нелогично, если мы тут не затронули бы некоторые детали теперешней политической мозаики Кавказа, потому что война чеченцев также была войной за свободу всего Кавказа, генерал Дудаев был одним из лидеров этого движения, имел связи и контакты с другими лидерами этого региона.
Теперь ситуация на Южном Кавказе, который всегда был и теперь является основным геополитическим сегментом всего кавказского региона, напоминает как бы промежуточную или же переходную стадию — за этим что-то последует. Но что?
В соседней Грузии уже давно сменилась прозападная власть, на смену пришли силы с непонятной политической репутацией: команда Иванишвили до сих пор не называет себя пророссийской, даже утверждает, что якобы нет альтернативы евроинтегрированной политике, так как это закреплено в конституции страны.
Но из всего этого ничего не вышло: Грузия не только не стала другом России, но и потеряла Европу и США! Иванишвили и члены его команды почти каждый день заявляют, что они верны прозападному курсу, но европейские политики называют его чуть ли не агентом Путина и Кремля…
Но картина все же не фатальна. Нет, даже на Южном Кавказе позиции России сильно пошатнулись: теперь Армения, бывший сателлит и «форпост» России в регионе, начала проводить прозападную политику, и все считают, что многое будет зависеть от итогов июньских парламентских выборов в этой стране.
Есть надежды возродить нашу историческую идею о Кавказском доме, которая была предложена еще в начале прошлого века нашими отцами-основателями национальной независимости. Об этом напомнил во время своего последнего визита в Грузию президент Ильхам Алиев. В настоящее время имеются весьма серьезные возможности, чтобы этот проект воплотился в жизнь.
Думается, что если результаты выборов в Армении будут позитивными и будут в пользу прозападных сил, это станет уже не просто какой-то привлекательной идеей, а реальностью…
Проблема заключается в том, что в современном мире очень трудно ориентироваться: прежние геополитические форматы, союзы, альянсы стали «размытыми», создается впечатление, что утратили свое былое содержание. Когда даже просто употребляешь такое выражение, например, как прозападные страны, люди спрашивают: «Где же вы видите это? Осталась ли хоть капля былой искренности даже между США и европейскими странами?»
Что скажешь? Они, конечно, частично правы. Но не следует такие ценности, как демократия, права человека, даже рыночная экономика, привязывать только к западным странам — всё это уже являются общечеловеческими ценностями.
Что касается проекта «Кавказский дом», он нужен нам самим. Всё это мы делаем не для того, чтобы как-то угодить или понравиться кому-то — нет, всё это нужно нашим народам, чтобы повысился геополитический иммунитет наших стран.
Выше заметили, что ситуация на Южном Кавказе далека от равновесной. Она напоминает точку бифуркации — непонятно, какую траекторию выберет система при малейшем воздействии.
Другие даже не исключают, что при неудачном исходе июньских парламентских выборов в Армении может начаться очередная война между Баку и Ереваном. В «консервированном» состоянии находятся конфликты и в Грузии — Южная Осетия и Абхазия.
Непонятно, чем закончится ситуация в соседнем Иране, которая тоже может иметь весьма ощутимые последствия для Южного Кавказа.
И не следует забывать про Украину: война на Ближнем Востоке создает определенные «просторы» для Путина, но, к счастью, мы пока не наблюдаем «всплеска военных удач» Кремля…
Одним словом, вовсе недаром некоторые политологи называют Южный Кавказ чуть ли не «огненным шаром», который может в любую минуту взорваться или же спокойно погаснуть: что будет?..
Hüseynbala Səlimov 
